Обретение честных мощей
Иногда Господь, прославляя усопшего подвижника, украшает его, казалось бы, бренное тело мироточением, благоуханием и чудотворениями. По словам митрополита Московского Макария (Булгакова), живой урок о будущем воскресении тел — изъятие их чудодейственною силою Божиею из всеобщего закона тления[1]. Именно таким живым, действенным уроком являются для нас мощи Печальника земли Русской.
Преподобный Сергий Радонежский преставился 25 сентября 1392 года. В это время заложенный им в 1337 году на горе Маковец Троицкий монастырь уже был духовным центром русских земель. Он жил по общежительному уставу, имел множество деревянных строений и два храма[2]. Перед своей кончиной игумен просил братию похоронить себя на общем братском кладбище. Однако митрополит Киевский Киприан благословил иначе, и честные останки подвижника упокоились в созданной им обители, в деревянной Троицкой церкви. В 1408 году, при нашествии темника Золотой Орды Едигея, этот храм был сожжен. В 1412 году построили новый Троицкий храм — на том месте, где сейчас располагается Духовская церковь. Он также был деревянным.
В 1422 году, через тридцать лет после блаженной кончины преподобного Сергия, началось строительство нового каменного Троицкого собора. Перед началом строительства Преподобный явился в видении одному благочестивому христианину и повелел передать игумену Никону Радонежскому и братии следующие слова: «Зачем оставляете меня столько времени во гробе, землей покровенного, в воде, утесняющей тело мое?» И вот на том месте, где ныне располагается каменный Троицкий собор, были обретены святые мощи[3]. Не только тело, но и одежда не предались никакому тлению, хотя кругом стояла вода.
При большом стечении богомольцев и духовенства, в присутствии Звенигородского князя Юрия Димитриевича, 5 июля 1422 года честные останки были изнесены из земли и временно поставлены в Троицкой деревянной церкви. По окончании строительства нового каменного Троицкого собора их перенесли туда.
Начало почитания преподобного Сергия как святого
Почитание преподобного Сергия в Троицкой обители началось еще при жизни подвижника. Через тридцать лет после его блаженной кончины преподобный Епифаний Премудрый говорит о Сергии как о местночтимом святом. А начало общецерковного почитания, по мнению профессора Е. Е. Голубинского, датируется примерно 1447–1450 годами. В своем фундаментальном труде «История канонизации святых в Русской Церкви» Евгений Евсигнеевич писал: «Не знаем, было ли ему нарочитым образом устроено общецерковное празднование или он сделался общерусским святым сам собою, по причине своей великой славы, но в 1447–1448 году он уже называется в числе великих, весьма немногих тогда чудотворцев Русской земли»[4]. Также он высказывал мнение, что фактом причисления преподобного Сергия к лику святых для общецерковного почитания можно считать грамоту митрополита Ионы к Дмитрию Шемяке 1449 или 1450 года, в которой предстоятель Русской Церкви называет Сергия преподобным и ставит его рядом с другими чудотворцами и святителями.
Игуменом Троицкой обители в то время был преподобный Мартиниан. «Вместе с Великим князем Василием Темным митрополит Иона с сонмом русского духовенства, с игуменом Мартинианом с братией Троицкого монастыря, при стечении, надо думать, огромного числа народа, славили своего молитвенника и чудотворца преподобного Сергия и поклонялись его святым мощам»[5].
В третьей редакции жития Игумена земли Русской, созданной иеромонахом Пахомием Сербом, были добавлены описания чудес, совершившихся в 1440-х годах по молитвам Преподобного у его святых мощей. Эта редакция была дополнена Похвалой святому Сергию, взятой из жития преподобного Афанасия Афонского, а также в ней подробно описывается обретение мощей в 1422 году и рассказывается о посмертных чудесах святого.
Забытый праздник — переложение мощей Преподобного в новую раку
В XVI веке произошло возвышение Троицкого монастыря. Троицкий келарь старец Адриан (Ангелов) написал челобитную царю Иоанну Грозному, в которой просил порадеть об обители и проявить усердие о монастыре, который посетила Сама Пречистая Дева[6]. Царь Иоанн Васильевич не оставил прошение без внимания, и в 1559 году им был заложен Успенский собор. В 1561 году в монастыре учредили архимандрию, первым архимандритом стал старец Елевферий[7]. Обитель получила статус первого монастыря Русской Церкви.
Сын царя Иоанна Грозного, царь Феодор Иоаннович, продолжил благое начинание отца. В годы его правления были изготовлены раки для многих почитаемых русских святых. «Повелением благочестиваго царя… Феодора Ивановича… и верою его несумненною, и слезами теплыми зачали делати раки серебряные кованыя, многоценныя великим светильникам, столпом Руския земля Петру и Алексею, Ионе и Пафнотию, и Сергию, и Кирилу Белозерскому, и Макарию Колязинскому, и Василию Блаженному. И преложиша мощи их с великим страхом и трепетом»[8]. Таким образом, для мощей преподобного Сергия была изготовлена новая серебряная рака[9]. В 1585 году митрополит Дионисий освятил Успенский собор и совершил переложение святых мощей Преподобного в Троицком соборе. В надписи на раке говорится о ее создании по повелению царя Иоанна Васильевича: «… и сделана рака сия в лето 7093 (1585) июля в 25 день после государства его повелением сына его царя и Великаго князя Феодора Ивановича, всея Росии самодержца, и его царицы великия княгини Ирины, во второе лето царства его»[10]. В связи с переложением святых мощей основателя обители была составлена особая служба, приуроченная к этому торжественному событию, которая в XVII веке совершалась в Троицком соборе в этот день[11].
Пожар и ремонт: как мощи преподобного Сергия покидали Троицкий собор
Святые мощи преподобного Сергия крайне редко покидали стены Троицкого собора. Известно, что их выносили на Красногорскую площадь во время пожара 1709 года. На этом месте, напротив Святых врат, позднее построили часовню. Об этой часовне писал Е. Е. Голубинский: «Часовня, находящаяся на площади у Московско-Ярославского шоссе, поставлена по тому поводу, что в 1709 году во время случившегося в Лавре пожара были выносимы на занимаемое ею место мощи преподобного Сергия. До 1770 года она была деревянная, а в сем последнем году складена каменная. В 1781 году был устроен в ней иконостас, который в недавнее время заменен новым»[12]. Сейчас эту часовню называют Красногорской, по названию площади.
В дневниках профессора МДА Александра Дмитриевича Беляева говорится о том, что честные мощи Преподобного в 1905 году переносили из Троицкого собора в Успенский: «…Ныне пред обедней вынесли мощи преп. Сергия из Троицкого собора, обошли вокруг Успенского с хоругвями и иконами. Евдоким и лаврское духовенство поставили их на приготовленном месте под сенью, между двумя правыми колоннами. Во время перенесения все лавки были заперты. И прежде митр. Иоанникий и Леонтий желали на лето переносить их в Успенский собор, но Победоносцев почему-то противился. Теперь согласился, потому что в Троицком соборе ремонт еще продолжается…»[13]
Многострадальный ХХ век
ХХ век, как известно, ознаменовался жестокими гонениями на Русскую Православную Церковь, и Троице-Сергиева Лавра не избежала печальной участи, постигшей многие монастыри и храмы в годы лихолетья. Гонения на Церковь в различных формах начали проявляться с первых дней советской власти. Осенью 1918 года началась конфискация имущества, принадлежавшего Лавре. В местной газете «Трудовая неделя» стали появляться клеветнические и хулительные статьи об обители, о мощах преподобного Сергия Радонежского и возможности их вскрытия. В дни Великого поста 1919 года в Трапезном храме Лавры по этому поводу состоялось большое собрание верующих. Архимандрит Кронид (Любимов), последний наместник Лавры перед ее закрытием в 1920 году, произнес речь, в которой призвал верующих защитить от поругания священное место. Вскоре после этого в храмах Лавры, в академическом храме и посадских приходских церквах стали собирать подписи под прошением в Совнарком не вскрывать мощи преподобного Сергия. 4 марта 1919 года братия обители во главе с отцом Кронидом обратилась к председателю Совнаркома Ленину с просьбой запретить вскрытие раки с мощами Преподобного. 20 марта Святейший Патриарх Тихон также обратился к председателю Совнаркома по поводу кампании по вскрытию мощей. Но, несмотря на ходатайства верующих, решение о вскрытии мощей преподобного Сергия было принято на пленуме местного городского Совета 1 апреля 1919 года и 4 апреля подтверждено Московским губисполкомом.
Вскрытие мощей Преподобного
Вскрытие мощей Преподобного было произведено 11 апреля. Архимандрит Кронид отказался собственноручно вскрывать гробницу, поручив это благочинному Лавры иеромонаху Ионе. Отец Кронид тогда сказал, что по нравственному чувству он не может это сделать, а отец Иона исполнит приказ за послушание.
Вскрытие мощей продолжалось в течение двух часов и снималось на кинопленку (впоследствии был выпущен пропагандистский антирелигиозный фильм). По окончании вскрытия был составлен протокол, мощи преподобного Сергия обнажили от покровов и прикрыли стеклом. Замысел власти сводился к тому, чтобы убедить верующих не поклоняться мощам. Однако число богомольцев, шедших на поклонение Преподобному, против ожидания властей лишь увеличилось. Свидетель событий С. А. Волков вспоминал: «От небольшой часовни, стоявшей на площади возле Красных торговых рядов (теперь в ней охотничий магазин), до самого Троицкого собора в четыре человека тянулась очередь желающих приложиться к мощам и впервые в жизни взглянуть на них… Множество свечей заливали раку ослепительным светом. Среди ветхих обрывков последнего одеяния Сергия лежали серовато-коричневые кости и отчетливо выделялся прекрасно сохранившийся череп, окруженный пучками рыжеватых, уже тронутых сединой волос. Испытывая невыразимое волнение, я приложился к черепу Преподобного и ощутил слабое, но отчетливо проступавшее благоухание розового масла, которое, по-видимому, перешло на кости с обвивавших их покровов»[14].
Священник Павел Флоренский, описывая трагические события, свидетельствовал: «В соборе стоял едкий дым от магниевых вспышек, при которых производилась фотографическая съемка. Но, несмотря на этот сильно пахнущий воздух, порою какими-то дуновениями приносило от раки на несколько саженей расстояния волны неизъяснимо приятного благоухания, которое перебивало все прочие запахи. Это благоухание охватывало величественной радостью, в которой невозможно было провести границу между собственно духовным удовлетворением и чувством приятного. Прикладываясь к мощам, я убедился, что благоухание исходило именно из раки и было тут несравненно сильнее, чем в стороне. С чем сравнить его — затрудняюсь, так оно тонко и своеобразно»[15].
Закрытие Лавры
10 ноября 1919 года Сергиевский исполком принял постановление о ликвидации Троице-Сергиевой Лавры как монастыря. Ночью 3 ноября 1919 года в Лавре неожиданно был произведен обыск, братия была изгнана из стен обители. Беспокоясь о судьбе мощей Преподобного, священник Павел Флоренский и граф Юрий Александрович Олсуфьев, будучи членами Комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой Лавры, с благословения отца Кронида изъяли честную главу преподобного Сергия, заменив ее на главу одного из князей Трубецких, захороненного в XVII веке в крипте Троицкого собора. Честная глава Преподобного была перенесена в дом графа Олсуфьева. Через какое-то время граф Юрий Александрович, опасаясь ареста, сокрыл ее у себя в саду.
26 марта 1920 года вышло постановление Президиума Мосгубисполкома «О закрытии Троице-Сергиевой Лавры и передаче мощей Лавры в московский музей». Согласно декрету Совета народных комиссаров от 20 апреля 1920 года, в Лавре был открыт историко-художественный музей. По решению Сергиевского исполкома 7 мая 1920 года Троицкий собор был заперт и опечатан, несмотря на то что ранее он уже был передан Наркомату просвещения для музейных целей. 10 мая 1920 года Святейший Патриарх Тихон осудил закрытие лаврских храмов и намерение вывезти оттуда мощи как нарушение декрета «Об отделении Церкви от государства…». В результате ходатайств Святейшего было разрешено открыть Троицкий собор только на праздник Святой Троицы.
30 мая 1920 года в Лавре было совершено последнее богослужение и в последний раз отзвонили колокола. Монастырь был окончательно закрыт для богомольцев. Но мощи преподобного Сергия все же остались в Лавре. По воспоминаниям лаврского насельника схиархимандрита Михаила (Балаева; 1924–2009), в 1933–1934 годах мощи преподобного Сергия как экспонат музея находились в притворе Трапезного храма в раке со стеклянной крышкой. Тогда их, школьников, привозили из Богородска в Лавру на экскурсию. Отец Михаил вспоминал, как экскурсовод бесцеремонно стучала указкой по стеклу. Потом экскурсионная группа прошла дальше, в Трапезный храм, а отец Михаил остался один — перекрестился и приложился к честным мощам Преподобного.
Война и Соликамск
После тяжелых испытаний первой половины ХХ века последовала новая беда — Великая Отечественная война. Мощи преподобного Сергия вместе с частью особо ценных музейных экспонатов были направлены в эвакуацию в Соликамск и пребывали там с 25 июля 1941 года по 19 ноября 1944 года. К отправке их подготовили 19 июля 1941 года, упаковав и поместив в серебряную раку, внутри которой они находились под тремя печатями Загорского райотдела НКВД. Вместе с другими экспонатами Загорского музея-заповедника их везли до города Горького (ныне Нижний Новгород), затем баржами по Волге и Каме по маршруту Горький — Пермь — Соликамск.
22 октября груз был сдан сопровождавшим его директором Загорского музея Иваном Захаровичем Птицыным под ответственное хранение представителю Русского музея Соликамска. Примечательно, что под хранилище был выбран Троицкий собор — известный архитектурный памятник XVII века. Это обширное каменное, но не отапливаемое здание находилось в ведении музея. Летом в соборе было вполне терпимо, но зимой, когда морозы доходили до 45 градусов, больше 40 минут в нем находиться было нельзя даже в валенках.
Научные сотрудники музея, несмотря на трудности военного времени, организовали в хранилище строгий порядок, дежурства и обходы. В ноябре 1942 года в Соликамск были командированы сотрудники Загорского музея А. М. Курбатова и Н. М. Прасолова. Здесь они периодически проверяли содержимое ящиков, производя по мере необходимости профилактические мероприятия — проветривание, просушку, обеспыливание и прочее. Благодаря этому в ноябре 1944 года ценности музея, включая честные мощи Преподобного, были возвращены железнодорожным путем обратно лишь с небольшими повреждениями тканей, обусловленными спецификой произведенной эвакуации[16].
Тайна главы преподобного Сергия
В начале войны тайным хранителем главы преподобного Сергия, изъятой ранее священником Павлом Флоренским и графом Олсуфьевым, стал схиархимандрит Иларион (Удодов), настоятель храма Владимирской иконы Божией Матери села Виноградово «на Долгом пруде» (близ станции Долгопрудная). Святыню ему передал Павел Голубцов (будущий архиепископ Сергий). В 1933 году, когда арестовали отца Павла Флоренского, Юрий Александрович Олсуфьев с супругой Софьей Владимировной уехали в Новгород. Через какое-то время они вернулись, но не в Сергиев Посад, где им уже было запрещено жить, а в село Мешаловка возле Люберец. Когда предоставилась подходящая возможность, Софья Владимировна вместе с Павлом Голубцовым пробрались в сад, где была закопана честная глава, и выкопали ее.
«Когда выкапывали, было очень жутко, — вспоминал впоследствии владыка Сергий. — Это было ночью. Где-то выла собака, и мы боялись, что она может разбудить соседей. Надо было до рассвета успеть. Главу я переносил в хозяйственной закрытой сумке, чтобы не было подозрений, а сверху прикрыл газетой, как будто в сумке кочан капусты. Когда пришел на станцию, рассветало и поезда на Москву еще не ходили. Я шел пешком до Абрамцево или Хотьково и там уже сел на поезд. И в поезде шел по вагонам или стоял, чтобы не садиться»[17]. Из страха осквернить святыню Павел не дерзал поставить сумку на сиденье или на свои колени, поэтому всю дорогу он ходил по поезду — от первого вагона к последнему и обратно.
Какое-то время глава преподобного Сергия хранилась в Мешаловке, а в 1938 году, после ареста Юрия Александровича, Павел Голубцов перевез ее к отцу Илариону. В самые трудные дни битвы за Москву эта святыня пребывала в алтаре храма, в восьми километрах от линии фронта.
Возвращение в обитель
Ко времени открытия Лавры в 1946 году святые мощи преподобного Сергия уже были в Троицком соборе. На свое историческое место их возвратили за год до открытия, в январе 1945 года. Это произошло накануне Поместного Собора, проходившего в Москве с 31 января по 4 февраля. Санкция властей была дана ввиду ожидавшегося прибытия на Собор иностранных делегаций, которые могли посетить и закрытую Лавру. К этому времени из армии вернулся Павел Голубцов. После демобилизации он забрал честную главу Преподобного из храма в Виноградове и передал ее наследнице Олсуфьева, его приемной дочери Екатерине Павловне Васильчиковой[18]. Это было сделано по ее просьбе — когда стало известно, что Лавра открывается, Васильчикова решила передать святыню Патриарху Алексию I (Симанскому), что и было сделано. Святейший, узнав тайну сокрытия честной главы в Виноградове, поручил схиархимандриту Илариону (Удодову) облачить в схимническое одеяние мощи преподобного Сергия. Протодиакон Сергий Боскин указывал, что замена честной главы произошла, вероятно, в Великую Субботу: «Приезд схиархимандрита Илариона имел особое значение. По всей вероятности, ему было поручено патриархом Алексием I вернуть главу преподобного Сергия к его мощам. Это должно было произойти в Троицком соборе в Великую Субботу 7/20 апреля 1946 года, до семи часов вечера, когда мощи преподобного Сергия перенесли в Успенский собор. До этого рака с мощами находилась посреди Никоновской церкви в качестве экспоната и ее обходили кругом, глядя через стекло на непокрытые косточки»[19]. «Патриарх дал новую схиму и благословил подлинный череп преподобного Сергия водрузить на место в раку, а подложный захоронить. Так и сделали во время переоблачения святых мощей», – вспоминал участник событий архиепископ Михей (Хархаров)[20]. Митрополит Гурий (Егоров), первый наместник вновь открывшейся Лавры (в то время архимандрит), рассказывал о том, как проходило переоблачение честных мощей: «Патриарх прислал новую схиму. Я держал в руках череп Преподобного. Он большой, больше обычного, красивый. Сохранилась окладистая борода, как рисуют. Обыкновенно, подходя к черепу, чувствуешь какое-то содрогание, страх. А здесь меня охватило какое-то благодатное чувство, как бы исходящее от него. Святые мощи мы облекли в схиму. Лицо я закрыл покровцем. Святые мощи мы переоблачали тайно. Двери держали два моих послушника: Игорь Мальцев и Саша Хархаров[21]. Но народ чувствовал, что что-то делается, и громадная толпа стояла вокруг собора»[22]. Таким образом, обратная замена главы князя Трубецкого на главу преподобного Сергия также прошла в строжайшей тайне.
О подлинности главы свидетельствовал тот факт, что на ней сохранился след от копия, которым отец Павел Флоренский отделял ее от верхнего позвонка. При возвращении главы Преподобного этот след совпал со следом на позвонке в раке[23].
Официальная передача мощей преподобного Сергия Лавре состоялась накануне Пасхи 1946 года. 20 апреля первый наместник возрождаемой обители архимандрит Гурий (Егоров) принял от директора Загорского музея-заповедника В. К. Ряховского святые мощи в серебряной раке XVI века — той самой, в которую их переложили при царе Феодоре Иоанновиче[24].
Открытие Лавры в 1946 году описано непосредственным участником этого события протодиаконом Сергием Боскиным[25]. «Светлое Христово Воскресение 21 апреля. После 26-летнего онемения в обители преподобного Сергия в Пасхальную ночь зазвонили колокола, сразу, неожиданно. Народ, заполнивший площадь, стоял с зажженными свечами. Крестный ход свободно обошел собор и вышел на паперть. Началась утреня и первое “Христос воскресе”»[26]. «Да будет сия Пасха поистине Пасхой избавления от скорби и непрестающей радостью для всех притекающих к раце многоцелебных мощей преподобного Сергия», — писал в своем письме наместнику Лавры Патриарх Алексий I.
Первое патриаршее богослужение в Троице-Сергиевой Лавре состоялось на праздник Святой Троицы. В Успенском соборе возле правого клироса была устроена временная сень для раки со святыми мощами преподобного Сергия. Сами же честные мощи в 1948 году переместили в Троицкий собор — после передачи его Лавре. Здесь они пребывают и поныне.
Источник: Пафнутий (Фокин), иером. Днесь наста обретение чудотворных мощей… Сергиев Посад: СТСЛ, 2022. 24 с.
[1] Макарий, митр. Православно-догматическое богословие. Т. 2. СПб.: Тип. Р. Голике, 1883. С. 566.
[2] Храм во имя Пресвятой Троицы и храм во имя великомученика Димитрия Солунского, покровителя святого князя Димитрия Донского.
[3] По вопросу строительства каменного собора мнения историков расходятся: кто-то считает, что честные мощи обрели при закладке фундамента храма, другие историки придерживаются мнения, что решение построить каменный храм было принято сразу по обретении мощей Преподобного. Е. Е. Голубинский, проанализировав исторические материалы, сделал следующий вывод: «О построении собора мы не имеем точных и подробных сведений. Если преподобный Никон принял решение поставить каменную церковь над мощами преподобного Сергия еще до их открытия, так что заблаговременно приготовил материал, то и к строению собора могло быть приступлено тотчас по обретении мощей, которое имело место 5 июля указанного 1422 года. Если же решение построить каменную церковь над мощами преподобного Сергия было принято Никоном уже по их обретении или только при их обретении, то нужно будет думать, что остальная часть лета и осень 1422 года были употреблены на приготовление материала и что самое строение церкви начато было лишь весной следующего, 1423 года» (Голубинский Е. Е. Преподобный Сергий Радонежский и созданная им Троицкая Лавра. М.: Имп. О-во истории и древностей рос. при Моск. ун-те, 1909. С. 178).
[4] Голубинский, Е. Е. История канонизации святых в Русской Церкви. М.: Крутицкое Патриаршее подворье, Общество любителей церковной истории, 1998. С. 72.
[5] Сизова, Е. А. Память о преподобном Мартиниане Белозерском. М.: Изд-во ПСТГУ, 2010. С. 89.
[6] Макарий (Веретенников), архим. О Церкви земной и Церкви Небесной. М.: Альфа и Омега, 2006. С. 413–421.
[7] С 6 января 1561 г. — архимандрит Троице-Сергиева монастыря. В 1564 г. хиротонисан во епископа Суздальского и Тарусского. Скончался в 1567 г.
[8] ПСРЛ. М., 1978. Т. 34. С. 199.
[9] В 1737 г. императрица Анна Иоанновна устроила над ракой великолепную серебряную сень на четырех столбах. На ее изготовление ушло 25 пудов серебра.
[10] Леонид (Кавелин), архим. Надписи Троицкой Сергиевой Лавры. СПб.: тип. Имп. Акад. наук, 1881. С. 13.
[11] Макарий (Веретенников), архим. Преподобный Сергий, игумен Радонежский // Альфа и Омега. М., 2009. № 2 (55). С. 156–162.
[12] Голубинский, Е. Е. Преподобный Сергий Радонежский и созданная им Троицкая Лавра. М.: Имп. О-во истории и древностей рос. при Моск. ун-те, 1909. С. 299.
[13] Беляев, А. Д. Дневники за 1905 г. // ОР РГБ. Ф. 26. К. 3. Ед. хр. 4. Л. 65 об.
[14] Волков, С. А. Возле монастырских стен. М.: Изд-во гуманитарной литературы, 2000. С. 188–191.
[15] Павел Флоренский, свящ. Собрание сочинений. Философия культа. М.: Мысль, 2004. С. 240–241.
[16] Пономаренко В. П. Эвакуация музеев в Соликамск // Соликамский краеведческий музей [Электронный ресурс]. URL: http://skmold.solkam.ru/stati-nauchnyhsotrudnikov/evakuacziya-muzeev-v-solikamsk-ponomarenko-valentina-petrovna/
[17] Андроник (Трубачев), игум. Закрытие Троице-Сергиевой Лавры и судьба мощей преподобного Сергия Радонежского в 1918–1946 гг. М.: Издательский Совет Русской Православной Церкви, 2008. С. 215.
[18] Внучка сестры Ю. А. Олсуфьева. После смерти матери и эмиграции отца осталась на попечении графа и жила с семьей Олсуфьевых.
[19] Андроник (Трубачев), игум. Закрытие Троице-Сергиевой Лавры… С. 225.
[20] Цит. по: Павлов, Д. В. «До смерти я буду призывать вас к молитве». Жизнь и служение митрополита Гурия (Егорова). М.: ПСТГУ, 2021. С. 177–178.
[21] Впоследствии протоиерей Игорь Мальцев и архиепископ Михей (Хархаров).
[22] Цит. по: Павлов, Д. В. «До смерти я буду призывать вас к молитве»… С. 178.
[23] Подробнее см.: Андроник (Трубачев), игум. Закрытие Троице-Сергиевой Лавры… С. 208.
[24] Подробнее см.: Там же. С. 297.
[25] Протодиакон Сергий Боскин (27.06.1907–19.01.1992) — с 1968 г. служил в Ильинской церкви Сергиева Посада. В 1980-е гг. собирал материалы и записывал воспоминания о Троице-Сергиевой Лавре и ее скитах, о жизни Сергиева Посада в послереволюционные годы. В последние годы жизни (с 1990 по 1992) служил в Гефсиманском скиту.
[26] Боскин С., протодиак. Пасха 1946 года: Открытие Лавры Преподобного Сергия // Троицкое слово: Сб. духовно-нравственного просвещения. [Загорск, 1990]. № 4. С. 16–30.
(111)